Раббан Шимон бен Гамлиэль רבן שמעון בן גמליאל

Наси после гонений Адриана, отец Рабби Йеуды а-Наси. При нём Санедрин собрался заново в Уше, и жизнь начали складывать из того, что уцелело.

Его две фразы в первой главе Авот стоят подряд и обе стали общеизвестны. «Все дни мои я рос среди мудрецов и не нашёл для тела ничего лучше молчания». И: «на трёх вещах стоит мир: на суде, на истине и на мире».

Вторая нарочно перекликается с более ранней — Шимон а-Цадик говорил, что мир стоит на Торе, служении и добрых делах. Там перечислено то, чем мир держится перед Небом; здесь — то, чем он держится между людьми.

Его время — после разгрома. Восстание Бар-Кохбы подавлено, Бейтар пал, десять мудрецов казнены, изучение Торы запрещено под страхом смерти. Собрание в Уше, где Санедрин восстановили, приходится на его дни; постановления, принятые там, касаются самых простых вещей — сколько человек может раздать на благотворительность, чтобы не разориться самому; с какого возраста отец обязан содержать детей.

Его сын, Рабби Йеуда а-Наси, доведёт эту работу до конца и запишет Мишну.