Рабейну Там
глава школы Тосафот, внук Раши
Внук Раши и глава Тосафот: спорил с дедом на полях его же комментария и создал метод, которым Талмуд изучают до сих пор.
Рабейну Яаков бен Меир, прозванный «Там» — «цельный», как сказано о праотце Яакове, — был внуком Раши по матери и жил в Рамрю в Шампани. Он был богат, торговал вином и деньгами и держал большую ешиву.
Школа Тосафот, которую он возглавил, изменила способ чтения Талмуда. Раши объяснял; тосафисты сопоставляли. Они брали фразу здесь и противоречащую ей фразу за двести листов дальше и требовали объяснить, как обе истинны. Из этого выросло всё позднейшее еврейское юридическое мышление — и напечатанная страница Гемары, где Раши стоит с одной стороны текста, а Тосафот с другой.
Он спорил с самим Раши — почтительно и решительно; знаменит спор о порядке отрывков в тфилин: «тфилин рабейну Тама» надевают до сих пор особенно тщательные люди, вторыми после обычных.
Он был признанным главой всего французского и немецкого еврейства: созывал соборы общин, принимал постановления о разводе, о доносчиках, о налогах. В 4907 году, во время Второго крестового похода, толпа ворвалась к нему, нанесла пять ран «за пять ран Христовых» — его спас проезжий рыцарь. После кровавого навета в Блуа, где сожгли более тридцати евреев, он объявил общий пост.
◆События
Виноградарь из Труа пишет комментарий, без которого с тех пор не открывают ни Хумаш, ни лист Гемары.
4856Первый крестовый поход и погромы в Рейнской землеТолпы, идущие отвоёвывать Иерусалим, начинают с еврейских общин Рейна: Шпайер, Вормс, Майнц, Кёльн уничтожены, тысячи погибают, освящая Имя.
4860–4931Школа Тосафот и рабейну ТамВнуки и правнуки Раши создают новый способ учить Талмуд: сталкивать далёкие места друг с другом и искать разрешение противоречия.
4904–4931Второй крестовый поход и рождение кровавого навета: Норидж и БлуаВ Норидже впервые в истории евреев обвиняют в ритуальном убийстве ребёнка; вслед за новым крестовым походом навет расходится по Европе и приводит к сожжению общины Блуа.
5002Сожжение Талмуда в ПарижеПосле показательного диспута в Париже двадцать четыре воза рукописей Талмуда сжигают на Гревской площади — впервые в истории на костёр отправляют не людей, а книги.