«На реках вавилонских»: Йехезкель у реки Квар и видение сухих костей

Псалом 137 — самый короткий и самый точный документ этой эпохи: «На реках вавилонских там сидели мы и плакали, вспоминая Сион. На ивах посреди него повесили мы наши арфы. Ибо там пленившие нас требовали от нас песен… Как нам петь песнь Господню на земле чужой? Если забуду тебя, Иерусалим, пусть забудет меня десница моя». Эти строки читают до сих пор — и разбивают стакан на свадьбе, чтобы даже в самый счастливый час помнить о разрушенном городе.

В пятый год изгнания Йехояхина коэн Йехезкель бен Бузи стоял у реки Квар — и над ним раскрылось небо. Он увидел бурю с севера, четырёх животных, колёса внутри колёс, подобие престола и над ним подобие человека. Это видение Меркавы стало самым закрытым текстом еврейской традиции.

Сначала он говорил жёстко: рисовал осаду Иерусалима на кирпиче, лежал на боку месяцами, брил голову — играл роль города, чтобы изгнанники поняли, что возвращение не будет скорым. Но когда пришла весть о падении города, его язык переменился. Всевышний вывел его «в духе» в долину, полную костей, очень сухих. «Сын человеческий, оживут ли кости эти?» — «Господи Боже, Ты знаешь». И он пророчествовал, и был шум, и кость приблизилась к кости, наросли жилы, плоть, кожа, вошёл дух — «и они ожили и встали на ноги свои, войско весьма великое».

Ему же было сказано о самих изгнанниках: «Я стал им малым святилищем в странах, куда они пришли».