«Португальская нация» אומה פורטוגזית

В Португалии евреям не дали даже выбора: людей крестили силой, детей отбирали у родителей. Так родился мир анусим — тайных евреев, которых три столетия преследовала инквизиция.

Португальские «новые христиане» приехали торговать и остались учиться иудаизму заново. Из этого выросла община, которая на век сделалась главной в Западной Европе.

За полвека Амстердам отнял у Италии первенство в еврейской книге. Слово «амстердамский» на титуле стало значить «хорошо сделано» — и подделываться.

Соглашение подписали двести восемнадцать домохозяев, устав — около трёхсот двадцати. Так появился маамад, купеческое правление, у которого раввины были на жалованье.

Человек, ушедший от инквизиции, чтобы стать евреем, не смог стать евреем таким, каким его требовала община, — и покончил с собой через несколько недель после публичного покаяния.

Капитуляция дала евреям три месяца на выезд с правом вывезти имущество. Уехали все — в Амстердам, на Кюрасао, в Гвианы и, двадцать три человека, в Новый Амстердам.

Судьи постановили, что закона, запрещающего евреям вернуться в Англию, нет. Это и был весь итог: ни акта, ни хартии, ни прокламации.

Самое суровое отлучение, какое выносила амстердамская община, — и в записи о нём не названо ни одного положения, ни одного свидетеля, и нет ни одной подписи.

Самую большую синагогу мира открыли на другой день после Девятого ава, и восьмидневные торжества захватили шабат Нахаму. Год спустя строители уже были в своём городе меньшинством.

Ашкеназский главный раввин отлучил саббатианца, не дождавшись решения португальской общины. Через две недели португальский маамад оправдал саббатианца и добился у городских властей высылки раввина.

Нидерланды стали вторым государством Европы после революционной Франции, уравнявшим евреев в правах. Против выступили парнасим обеих общин: равенство отнимало у них власть.